Посредники из Гонконга, ОАЭ, Турции и других юрисдикций все чаще попадают в санкционные списки. Разбираем семь признаков, по которым риск видно до предоплаты
За полгода Евросоюз и Великобритания четыре раза расширяли санкционные списки, донорами для которых стали компании преимущественно из Китая, Гонконга, Турции, ОАЭ, Кипра и Центральной Азии. Для российского импортера это означает простую вещь: деньги, отправленные посреднику, могут застрять, если посредник попадет в список раньше, чем довезет товар. Рассказываем, как мы оцениваем этот риск до того, как клиент отправит предоплату.
Параллельно сложнее становятся сами платежи. В июне зампред Сбербанка Александр Ведяхин говорил, что платежные маршруты в Китай стали «во много раз сложнее», а банки-посредники часто отклоняют платежи без объяснения причин.
Посредник в Гонконге или Дубае обычно обслуживает десятки клиентов. Вы можете покупать у него товар, который вообще не интересует западные регуляторы, но если кто-то из его клиентов возит через ту же компанию номенклатуру, на которую обращают внимание в ЕС и США, рано или поздно она попадет в их списки. Последствия для вас наступят сразу: платеж заблокирует банк-корреспондент, предоплата зависнет, партия застрянет в пути. А посредник, скорее всего, просто откроет новую компанию (но уже без ваших денег).
Поэтому главный вопрос при выборе контрагента-посредника — это не «существует ли компания», а «не окажется ли она в списке OFAC, ЕС, OFSI и т.д.", пока мои деньги у нее».
По этим же признакам компании отбирают для санкционных списков сами западные регуляторы: они описаны в открытых рекомендациях Еврокомиссии и американских ведомств. Ни один признак сам по себе не означает, что компания попадет под санкции. Но три-четыре совпадения это явный повод остановиться и подумать.
Адрес. США с 2024 года вносили в свой Entity List целые адреса в Гонконге — 18 штук, — и ограничения распространяются на все компании, зарегистрированные по ним. Поэтому мы проверяем не только компанию, но и сам адрес регистрации.
Самые надежные из этих признаков — номенклатура и смена профиля, и они проверяются не со слов посредника, а по таможенным данным. Например, мы в Сфере Интеллидженс поднимаем историю внешнеторговых операций компании за все время ее существования: коды ТН ВЭД, страны происхождения, отправления и назначения, поставщиков, покупателей и объемы по месяцам. По этой истории видно, возила ли компания товары из приоритетного списка, совпадает ли реальная номенклатура с заявленным профилем и не сделала ли она резкий разворот в последние месяцы. Ни выписка из реестра, ни санкционные списки этого не покажут: в них компания остается «чистой» ровно до того дня, когда попадет в список.
Особенно хорошо в таможенных данных виден транзит. Товары, на которые США и ЕС ввели экспортные ограничения, идут в Россию не напрямую, а через третьи страны. Именно такие цепочки — через ОАЭ, Турцию, Армению и Мальдивы — американские органы разбирали в делах о поставках авиазапчастей, а участвовавшие в них посредники попадали в санкционные списки. А по данным одной финской телерадиокомпании, почти треть запчастей Airbus и Boeing, полученных Россией с 2022 по сентябрь 2024 года, пришла через ОАЭ. В данных это выглядит так: страна происхождения — США или ЕС, страна отправления — третья страна, а между ввозом и вывозом одного и того же товара проходит неделя.
Я не жду, что давление на посредников ослабнет. ЕС прямо призывает свои компании усиленно проверять партнеров в Китае, Гонконге, Турции, ОАЭ и Центральной Азии, а 21-й пакет добавил инструменты против банков и криптоплатформ третьих стран. Мы в «Сфере Интеллидженс» считаем, что проверка посредника перестала быть формальностью при подписании договора. Это регулярная процедура — такая же, как сверка расчетов с бухгалтерией: делать ее нужно не один раз, а каждый раз, когда на кону деньги.
